Андрей Мальгин (avmalgin) wrote,
Андрей Мальгин
avmalgin

Министр Мединский: "Ваша деятельность не укладывается в основы государственной культурной политики"

Несколько абзацев из интервью "Новой газете":



- Повторяю сто десятый раз. Мы ничего не запрещали и не запрещаем. Нужно четко разделять действия чиновников и протест публики. В последнем случае мы можем действовать только по ситуации, формируя мнение при помощи экспертов и — внимание! — только рекомендуя своему учреждению какие-либо действия, да и то в случае острой необходимости. От министерства неоднократно требовали прямым приказом закрыть, запретить выставку, спектакль, фильм, но мы ни разу этого не сделали.

— А история с «Тангейзером» и увольнением Мездрича?

— Опять двадцать пять. Напомню: мы месяц ждали, что скандал утихнет, руководство театра сможет справиться самостоятельно. Но скандал только накручивался. Понятно, что некоторые активно пиарились на этой истории, в итоге противостояние в СМИ вылилось в противостояние на площадях.
Собрали общественный совет Минкультуры, пригласили и директора новосибирского театра, и режиссера спектакля. На совете были художественные руководители и директора других театров, которые почти единогласно заступились за режиссера и почти единогласно осудили директора, который обязан по должности решать подобного рода проблемы...
Возможно, рамки гостеатра пока мешают господину Мездричу найти театр со зрителем его мечты, лояльным всем без исключения замыслам, с которым не надо общаться, разъяснять и уважать его мнение.

— Мездрич сказал в СТД, что министерство четыре раза помешало ему устроиться.

— Ложь. Никому не звонил, никаких на него негативных характеристик потенциальным работодателям не давал. Он сейчас просто в рыночных условиях. После вашего интервью может еще одно место не получить. Ваши коллеги регулярно задают этот вопрос, и каждый раз отвечаю: не за спектакль уволили, за невыполнение прямых служебных обязанностей...

— Скажите, почему среди «наказанных» ходит «Артдокфест» Виталия Манского, которому отказано в финансировании?

— Отказано в финансировании, потому что деятельность Манского не укладывается в основы государственной культурной политики...
Можно до бесконечности говорить о том, что данный фильм хороший, плохой, нравится Мединскому или не нравится. Но давайте выясним востребованность того или иного продукта у наших граждан. Пример — после того как прекратилось финансирование «Артдокфеста», Манский объявил краудфандинг. Денег сколько собрал? Кажется, 300 тысяч рублей?

— Манский говорит, около миллиона…

— А «28 панфиловцев» собрали 35 миллионов. 30 тысяч человек — они поименно в титрах указаны — солидаризовались с авторами фильма. Простые люди, отдавшие эти деньги, думаю, хотят защитить память о погибших от «Мироненко и компании».

— Сопоставление, по меньшей мере, некорректно. Здесь речь идет о кино, а экс-директор Росархива Мироненко — историк-архивист, и он обязан заниматься фактами, а не мифами, которые пропагандирует это кино.

— Стоп-стоп, один момент! Вы что, хотите со мной поспорить про 28 панфиловцев?

— Конечно.

— Я не раз об этом писал, могу вам рассказать и всю правду, и всю неправду. Мироненко же показывает половину правды.

— Он вообще ничего не показывает, он напомнил о существовании давних документов по этому поводу...

— Если говорить о публичных выступлениях Мироненко и других в СМИ по этому поводу — моя позиция неизменна. Первое: понимайте, что говорите, где, кому, когда. Давайте всю картину, а не фрагмент. А вообще — нет у нас никакого морального права осуждать или ставить под сомнение дела людей того времени… Да мы тут сидящие за столом — вместе взятые — никто и ничто на фоне даже пресловутого «сержанта-полицая Добробабина», который в этой конкретной мясорубке 1941 года под Москвой ежеминутно рисковал жизнью. Может, потом, попав в плен, он и стал полицаем, — и то мы не знаем, при каких обстоятельствах, чтобы судить. С чего бы это — в данном конкретном случае — наши ниспровергатели всего советского вдруг безоговорочно верят версии «сталинской прокуратуры»? 20 лет она, по их мнению, только и делала, что осуждала невинных, а тут — в «деле панфиловцев» — резко проявила чудеса объективности? Скажу так: в том конкретном бою Добробабин тоже воевал как герой. А ради т.н. «исторической правды» продлим историю дальше — потом он сбежал от немцев, снова вступил в ряды Красной армии, был награжден, кажется, за взятие Будапешта и Вены. Вот так. Сложная у нас история.

— Если бы правда о войне, благодаря историкам не выходила наружу, мы бы не имели о ней истинных представлений. В этом фильме все сплошь бравые герои. Без внутренней борьбы герои превращаются в функции. Как же им сопереживать? Вы говорите: «Нельзя трогать легенды». Почему сегодня миф, легенда важнее фактов?..

— Человек, наверное, единственное существо на планете, которое из-за абстрактных идеологем готово пожертвовать своей жизнью. Поэтому, наверное, люди, а не кролики правят миром. Так что воевать с идеологемами — это не двигать человечество вперед, а как раз возвращать его в первобытное состояние...

— Давайте поговорим про ту группу населения, которую называют «художниками». Вот скандал с Райкиным…

— Вот мне жаль, что меня не было в тот момент на съезде СТД, ох, я бы вышел на трибуну… Никакой цензуры нет. Если бы был тогда в СТД, я бы не соперничал с Райкиным в актерском мастерстве, но задал бы ему один вопрос: «Константин Аркадьевич, хоть один пример, когда вас кто-то цензурировал, один пример, когда вас просили что-то согласовать содержательно, один пример, когда в творческой части вам в чем-то препятствовали?»

— Ну, и он бы вам ответил, что в прошлом году в театр приходила прокуратура и спрашивала, на каких основаниях был поставлен известный спектакль «50 оттенков голубого».

— И что, спектакль закрыли после этого?

— Нет.

— Минкультуры предъявило ему претензии и лишило его финансирования? Нет!

— А зачем прокуратура приходила?

— По действующему законодательству она должна реагировать на массовые обращения граждан и общественных организаций по нарушению законодательства.
Дал поручение профильному департаменту министерства сходить, посмотреть, изучить. Они написали, что никаких нарушений закона в этой постановке не усматривается. И Райкину из Минкульта даже никто не позвонил с претензиями. Мы проверили обращение граждан. Прокуратура тоже выполнила свою работу... Ставя такую постановку, Райкин должен понимать, чем это грозит.

— А чем это грозит?

— Что наверняка будут недовольные, и будут письма, выступления в прессе и т.д.

— Власть позволяет дремучим людям брать на себя роль цензора, список грубых выходок только растет. Что провоцирует рост активности такого толка? Планирует ли Минкульт бороться с этим?

— Неоднократно отвечал на этот вопрос. Но он очень важен, буду повторять, сколько нужно. Считал и считаю, что замазывание доски Колчаку, сверление дырок в доске Маннергейму, свиные головы в МХТ, рисование фаллосов на мосту, Энтео, врывающийся на сцены и на выставку Сидура, обливание мочой, поджог дверей ФСБ — это все подходит под категорию «злостное хулиганство с порчей имущества». Это все вещи — абсолютно недопустимые. Здесь должны работать правоохранительные органы.

— Так почему не работают? Это же не отдельные хулиганства, это уже массовое явление…

— Моя позиция: это все вещи одного порядка — уничтожения мемориальных досок, снос памятников — будь то Ленину, Дзержинскому… Я неоднозначно отношусь к Дзержинскому, мягко говоря, сложный исторический персонаж, но что, порядка в стране сразу прибавилось после сноса памятника на Лубянке?

— Но вы же не будете спорить с тем, что памятники ставят тем, кто заслуживает благодарности, и для того, чтобы расставить в обществе нравственные акценты. Так зачем ставить Сталину, Грозному новые памятники?..

— Иван Грозный — крайне сложная историческая фигура, и есть много историков, которые говорят, что Петр I по части «личной жестокости» был ничуть не лучше. Ну что же, Медного всадника сносить, что ли?

— Нет, сносить ничего не надо. Ставить не нужно, когда знаешь оценку, например, Сталина.

— Опять вопрос, разделяющий людей. Мое отношение к Сталину за последние 30 лет менялось раз десять. Каждый раз прочитаешь новое произведение, или новые документы, или просто воспоминания, и все время какая-то новая грань открывается. Вот фильм «Штрафбат» я посмотрел в свое время за ночь, в больнице лежал…

— Помнится, вы сказали: «Вредный, но хороший».

— Очень талантливый. Эмоциональное впечатление колоссальное. Правда, потом не поленился и стал читать воспоминания бойцов штрафбатов, понял, что в фильме правды ни слова нет, просто фэнтези на военную тему с мощнейшим негативным идеологическим зарядом.
Поэтому говорить сейчас о Сталине однозначно я бы не стал, но я бы в любом случае никогда не поддержал установку государственного памятника Сталину. Считаю, что это будет сильно разделять нацию...

— Если бы кто-то из высоких государственных чиновников в Германии сказал, что Гитлер — неоднозначная фигура, ему пришлось бы подать в отставку…

— Этот ваш аргумент называется «внезапный Гитлер». Гитлер и Сталин — это все-таки очень разные истории.

— Сталин хуже, вы правы, он уничтожал свой народ.

— Вот видите, вы выступаете с предельно идеологизированной точки зрения. А я пытаюсь объяснить, что нельзя ставить памятники Сталину не только и не столько потому, что это плохо или очень плохо, а потому, что это разделяет нацию.

— Вот если бы вы со своей высокой трибуны объясняли, что Сталин хуже, чем многие про него думают, возможно, такого разделения нации в отношении этого персонажа и не было бы. Это же и есть просвещение нации, а просвещение нацию объединяет, каким бы оно ни было.

— Я стараюсь заниматься нравственным просвещением…

— Да, вы называете «мразями» тех, кто не согласен с легендой о 28 панфиловцах.

— Неточная цитата. Я сказал, что люди, которые осознанно разрушают легенду, вот они — мрази. Ставить под сомнение любой факт — это обязанность любого ученого, но речь идет о тех, кто сознательно занимается разрушением национальных легенд, национальной самоидентификации и национальной идеологии.


ОТСЮДА
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 52 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →