Андрей Мальгин (avmalgin) wrote,
Андрей Мальгин
avmalgin

Categories:

"Мы не должны были так жить"

Из статьи Э.Кольмана "Вредительство в науке", журнал "Большевик", №2, 1931.

В подготовке взрывов и поджогов наших заводов, в шпионаже, в организации кризисов в области энергетики, топлива, металла, текстиля и транспорта, в подготовке интервенции - во всем этом вредители из "Промпартии" сознались. В качестве инженеров-конструкторов, инженеров-экономистов, они были законченными вредителями, агентами французского империализма и бывших "отечественных" заводчиков и помещиков. Но как только на суде дело дошло до их научной деятельности, тогда они сразу стали в оборонительную позицию. "В своих научных работах, которых я имею больше полутораста, я никогда, ни в одной работе не говорил того, что не соответствует действительности. В своих научных работах я не проводил никаких вредительских директив, никаких вредительских установок. Поэтому те научные работы, которые я печатал и в СССР и за границей, никогда вредительских установок не имели", - твердил Рамзин, упорно повторяя: "свою вредительскую работу и свою научную работу я строго различал, в своих научных работах я никогда не проводил вредительских идей". Выходит, что будучи инженерами обервредителями, они в качестве профессоров были безупречны, блюдя "чистоту" своей "об'ективной" науки.

Несмотря на все увертки Рамзина, допрос уличил его в том, что его теоретические высказывания в споре о высоких и низких давлениях, установка руководимого им Теплотехнического института в вопросе о сжигании подмосковного угля в пылевидном состоянии были вредительскими, сознательно направленными на задержку развития науки и производства. Незачем, кажется, пространно доказывать всю несостоятельность и вздорность утверждения, будто теоретическая работа практиков-вредителей может остаться нетронутой вредительским ядом, будто существует вообще какая-то "свободная" от политики, от миросозерцания научного деятеля, непорочная, "об'ективная", бесклассовая наука, каким-то чудом избежавшая общей участи в этом мире, резко разделенном на два лагеря, находящиеся в непримиримой классовой борьбе. Но все попытки выгородить свою якобы об'ективную теоретико-научную деятельность со стороны людей, которые сами сознались в том, что они были законченнейшими вредителями на практике, имеют, однако, определенное принципиальное значение.

Они показывают, что разбитый на-голову классовый враг не думает сдаваться окончательно, а старается окопаться на самых недоступных, хитро замаскированных позициях, - на теоретическом фронте, желая сохранить за собой командные высоты науки...


В технике, в естествознании и в математике, где силы диалектического материализма несравненно слабее, чем в науках социально-политических, сделано пока еще очень мало для выявления работы ученых-вредителей, но и те отдельные факты, которые известны, с достаточной очевидностью говорят о том, что какой бы абстрактной и "безобидной" на первый взгляд ни казалась та или другая ветвь знания, вредители протянули к ней свои липкие щупальцы. Теплотехника и теория холодильного дела, экономгеография и рационализаторская техника, теория мелиорации, лесного хозяйства и горного дела, техника высоких напряжений и микробиология, счетоведение, статистика и ихтиология, - все они стали поприщем вылазок вредителей...

Было бы, конечно, ошибочно думать, что все написанное вредителями является сплошным вредительством, но потребуется громадный труд, чтобы отобрать из работ вредителей то, что может хотя бы временно остаться без замены. Понятно, что по своему специальному содержанию вредительские теории, скажем, в ихтиологии (рыбоведении) ничего общего не имеют с вредительством в теории балансоведения, но в конечном счете социальный смысл их один и тот же.

Ученые ихтиологи, как, например, Назаровский, "доказывают", что естественные законы размножения рыб таковы, что никак нельзя выполнить пятилетку в рыболовстве, и тут же дают указания о месторождениях отдельных видов рыбы, искаженные так, чтобы, руководствуясь ими, советское рыболовство действительно получало уменьшенные уловы. В балансоведении кладется в основу такая экономическая теория, из которой вытекает, что между СССР и капиталистической страной нет никакой разницы, а также даются такие указания, как например, насчет метода определения товарных остатков, применение которых должно привести к скрытию недостач в дефицитных товарах и тем самым к созданию прорывов...

Нагромождение сложнейших выкладок и формул, множества диаграмм в виде гармонических и показательных кривых - типично не только для сборников кон'юнктурного института Наркомфина, не только для таких шедевров, как "теория балансового учета" Рудановского (где вопросы балансоведения "решаются" - дифференциальными уравнениями термодинамики), но несомненная гипертрофия математического метода имеется и в таких "узкотехнических" работах, как, скажем, об оценке наиболее рационального направления новых железных дорог (сборник МИИТа) или даже в теории коневодства. "Материя исчезает, остаются одни уравнения" - эта ленинская характеристика ученой поповщины в современной физике дает ключ к пониманию вредительского пристрастия к математизации любой науки. На самом деле, не станут же вредители писать прямо, что они за реставрацию капитализма, должны же они искать наиболее удобной маскировки. И нет более непроницаемой завесы, чем завеса математической абстракции. Математические уравнения сплошь да рядом придают враждебным социалистическому строительству положениям якобы бесстрастный, об'ективный, точный, неопровержимый характер, скрывая их истинную сущность...

Прямым пособничеством вредительства в науке является все еще достаточно широко распространенное либеральное отношение к буржуазно-профессорской "учености", некритическое преклонение перед нею, мягкотелость по отношению ко всякого рода идеалистическим, прикрывающимся "научностью" высказываниям, если только они исходят из академических кругов. Эта политика, диаметрально противоположная ленинскому указанию об обязанности для коммунистов "вести войну против современных, "образованных" крепостников, реакционеров, дипломированных лакеев поповщины", свила себе не одно прочное гнездо, в том числе и в естественно-научном отделе Большой советской энциклопедии. Авторы основных методологическируководящих статей этого отдела подбирались так, что совершенно очевидна погоня за буржуазным "видным" ученым; наши марксистские силы не использованы. Разумеется, качество статей соответствует подбору авторов: ряд статей пропитан насквозь механицизмом, махизмом, конвенционализмом, суб'ективным идеализмом, представляя собой в методологическом отношении эклектический винегрет.

Подмена большевистской политики в науке, подмена борьбы за партийность науки либерализмом тем более преступна, что носителями реакционных теорий являются маститые профессора, как махист Френкель в физике, виталисты Гурвич и Берг в биологии, что Савич в психологии, Кольцов в евгенике, Вернадский в геологии, Егоров и Богомолов в математике "выводят" каждый из своей науки реакционнейшие социальные теории. Разве не характерно - если взять лишь события последнего месяца-что признанного вождя реакционной московской математической школы, еще в прошлом году директора математического института, состоявшего церковным старостой, но не желавшего быть членом профсоюза, проф. Егорова московское математическое общество упорно не желало исключить из своего состава. Когда же Егоров заявил, что "не что-либо другое, а навязывание стандартного мировоззрения ученым, является подлинным вредительством", докладчик-коммунист не только сам не дал ему отпора, но в заключительном слове отвел предложение сделать из выступления Егорова организационные выводы, об'яснив все "недоразумением".

Такова политика некоторых коммунистов, проводимая ими в реакционнейшей профессорской среде, в среде хранителей традиций Цингера, Бугаева, Некрасова, разрабатывавших теорию вероятностей, науку о числе и анализ для доказательства незыблемости "православия, самодержавия и народности", для подкрепления философии Лопатина в среде тех людей, которые вполне последовательно на недавнем своем с'езде отказывались послать приветствие XVI партийному с'езду. Совершенно очевидно, что повеление коммунистов, ведущих политику подобного покровительства реакционной профессуре, представляет собою позицию буржуазно-демократических попутчиков нашей революции,-это люди с партбилетом, о которых "там" говорят: "он хотя и коммунист, ни свой человек", и которые дорожат этим своим "добрым именем".


Полностью статья выложена - ЗДЕСЬ.

Несколько слов об авторе статьи.

Эрнест Яромирович Кольман родился 6 декабря 1892 года в Праге в еврейской семье почтового чиновника. Закончил философский факультет Карлова университета в Праге. Одновременно был активным членом студенческой организации социал-демократов. В 1914 году был мобилизован на русский фронт в качестве офицера Австро-Венгерской армии. В 1915 году в боях за Луцк попал в плен. Участвовал в февральской революции 1917 года. В тот же год в Иваново-Воскресенске попал в тюрьму за большевистскую агитацию. Освобожден после Октябрьской революции. Стал добровольцем Красной Гвардии. В 1919 невесть как оказался в Германии, где его арестовывали как агента Коминтерна. Получил пять лет тюрьмы, но спустя полгода был обменен на немецкого агента и вернулся в Советскую Россию. Сразу отправился на фронт. Служил начальником политотдела в 5 армии Тухачевского, в 1920 году вместе с Белой Куном зачищал Крым. В 1926 году направлен из армии в наркомат образования. В 1930 году стал президентом Московского математического общества. В тот же год участвовал во встрече И.В.Сталина с "красной профессурой". В 1931 г. назначен директором Института Естествознания. В тот же год посетил Кэмбридж с группой советских ученых в качестве парторга делегации. И в тот же год во время поездки в Бухару подстрелил из крупнокалиберного маузера сбежавшего с поезда арестанта-басмача. В 1932 году организовал травлю академика Лузина, затем отправился в Цюрих на Международный конгресс математиков, где, ко всеобщему хохоту делегатов, сделал доклад об открытиях Карла Маркса в математике. В 1936 году назначен заведующим отделом науки Московского горкома партии. В 1936 году активно участвовал в травле Ландау, Вавилова, Вернадского. В 1939 году перешел на работу в Академию Наук, сначала старшим научным сотрудником, затем завотделом и завсектором. В 1945 году отправлен в Прагу, где стал профессором философии Карлова университета. Почти сразу же назначен заведующим отделом пропаганды ЦК КПЧ. В 1948 году выступил с публичной критикой Клемента Готвальда. Готвальд пожаловался Сталину, Кольмана отозвали в Москву и арестовали. В 1951 году освобожден, в 1952 (!!!) году реабилитирован и направлен в АН СССР, в Институт естествознания и техники. С 1953 года профессор математики Московского энергетического института. В 1959 году направлен в Прагу директором Института философии ЧССР, стал действительным членом АН ЧССР. В 1963 году публично раскритиковал Президента Антонина Новотного, за что спешно отозван в Москву. Становится профессором математики Московского автомеханического института, затем переходит на работу в Институт естествознания и техники АН СССР. В 1968 году осудил ввод советских войск в Чехословакию, тем не менее научной деятельности не прекратил, опубликовал ряд работ по истории науки. В 1976 году, навещая дочь, живущую в Стокгольме, попросил у шведских властей политическое убежище. 8 октября 1976 года французская газета Libération опубликовала его открытое письмо Л.И.Брежневу "Почему я выхожу из коммунистической партии". 22 января 1977 года умер в пригороде Стокгольма. В 1982 году в издательстве Chalidze Publications опубликованы его мемуары под названием "Мы не должны были так жить". Не упомянув в мемуарах о своей статье "Вредительство в науке", Кольман признал тем не менее: " ... считая себя, так же как и мои коллеги, компетентным судить по всем вопросам, во всех областях знания ...мы наломали немало дров, нанесли несправедливые обиды не одному ценному научному работнику, из которых многие потом были репрессированы и погибли (что, конечно, не было в наших намерениях), и повредили развитию советской науки, равно как и ее престижу в глазах иностранной интеллигенции, да и социализму и коммунизму в целом нами был причинен громадный ущерб."
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 32 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →