December 25th, 2007

avmalgin

Нина Дорда

Вообще-то самой известной песней Нины Дорды были "Ландыши", подвергшиеся взыскательной партийной критике. На Ютубе ее нет. А потом газеты набросились на песню "В нашем городе дождь" на стихи Евг.Евтушенко - тоже считалась образцом безвкусицы. К тому же певица выступала с джаз-оркестром Э.Рознера, что тоже в глазах начальства не прибавляло ей авторитета. Дружила со стилягами, ездила за рулем собственной "волги". А начинала она, кстати, выступая в ресторане ныне снесенной гостиницы "Москва", откуда слава о ней разошлась по всей столице. А вот сейчас о ней мало кто помнит.
Василий Аксенов, правда, изобразил ее в образе Веры Горды в своей "Московской саге".

Песня остаётся с человеком

Старый клён

Не встретимся

Песня продавщицы игрушек

Прости

Ходит песенка по кругу
avmalgin

Эволюция

8 вариантов песни My Heart Belongs to Daddy: Мэрилин Монро, Джейн Биркин, cестры Бэлл, Мэри Мартин, Лена Хорн, Шер, Джулия Эндрюс и, наконец, - внимание! - Анна Николь Смит.

Bell Sisters


Mary Martin


Lena Horne


Collapse )
avmalgin

Случай на даче

ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО министру госбезопасности СССР Андропову

Многие годы я молча сносил беззакония Ваших сотрудников: перлюстрацию
всей моей переписки, изъятие половины её, розыск моих корреспондентов,
служебные и административные преследования их, шпионство вокруг моего дома,
слежку за посетителями, подслушивание телефонных разговоров, сверление
потолков, установку звукозаписывающей аппаратуры в городской квартире и на
садовом участке и настойчивую клеветническую кампанию против меня с
лекторских трибун, когда они предоставляются сотрудникам Вашего
министерства.
Но после вчерашнего налёта я больше молчать не буду. Мой садовый домик
(село Рождество, Наро-Фоминский район) пустовал, обо мне был расчёт у
подслушивателей, что я в отъезде. Я же, по внезапной болезни вернувшись в
Москву, попросил моего друга Александра Горлова съездить на садовый участок
за автомобильной деталью. Но замка на домике не оказалось, а изнутри
доносились голоса. Горлов вступил внутрь и потребовал от налётчиков
документы. В маленьком строении, где еле повернуться трем-четырем, оказалось
их до десятка, в штатском. По команде старшего: "В лес его! И заставьте
молчать!" - Горлова скрутили, свалили, лицом о землю поволокли и лес и стали
жестоко избивать. Другие же тем временем поспешно бежали кружным путём,
через кусты, унося к своим автомобилям свёртки, бумаги, предметы (может
быть - и часть своей привезённой аппаратуры). Однако Горлов энергично
сопротивлялся и кричал, созывая свидетелей. На его крик сбежались соседи с
других участков, преградили налётчикам путь к шоссе и потребовали документы.
Тогда один из налётчиков предъявил красную книжечку удостоверения, и соседи
расступились. Горлова же с изуродованным лицом, изорванным костюмом повели к
машине. "Хороши же ваши методы!" - сказал он сопровождающим. "Мы - на
операции, а на операции нам всё позволено."
По предъявленному соседям документу - капитан, а по личному заявлению -
Иванов сперва повёз Горлова в нарофоминскую милицию, где местные чины
почтительно приветствовали "Иванова". Там "Иванов" потребовал с Горлова же
(!) объяснительную записку о происшедшем. Хотя и сильно избитый, Горлов
изложил письменно цель своего приезда и все обстоятельства. После этого
старший налётчик потребовал с Горлова подписку о неразглашении. Горлов
наотрез отказался. Тогда поехали в Москву, и в пути старший налётчик внушал
Горлову в следующих буквальных фразах: "Если только Солженицын узнает, что
произошло на даче, считайте, что ваше дело кончено. Ваша служебная карьера
(Горлов - кандидат технических наук, представил к защите докторскую
диссертацию, работает в институте Гипротис Госстроя СССР) дальше не пойдёт,
никакой диссертации вам не защитить. Это отразится на вашей семье, на детях,
а если понадобится - мы вас посадим."
Знающие нашу жизнь знают полную осуществимость этих угроз. Но Горлов не
уступил им, подписку дать отказался, и теперь над ним нависает расправа.
Я требую от Вас, гражданин министр, публичного поименования всех
налётчиков, уголовного наказания их и публичною же обьяснения этого события.
В противном случае мне остаётся считать их направителем - Вас.

А. Солженицын
13 августа 1971 г.

Дальнейшая судьба Александра Горлова сложилась так.
Уже написанную докторскую в СССР ему защитить не дали. Выгнали отовсюду сначала самого, потом его жену, их не брали на работу нигде, даже не по специальности. В 1975 г. они уехали из страны. Доктором наук Александр Горлов стал уже в США, в Бостоне.
В Америке он сделал и запатентовал выдающееся техническое изобретение - гидротурбину с необычайно высоким КПД ("турбина Горлова"). Такая турбина могла вырабатывать электроэнергию, пользуясь даже океаническими течениями. Ее тут же стали использовать в Японии. Не знаю, как сейчас, но в начале девяностых он был директором лаборатории энергетики воды и ветра Северо-восточного университета в Бостоне.
Его жена Элла - тоже инженер-строитель, уважаемый в Бостоне человек, избранный член городского собрания. Она участвовала в проектировании транспортно-дорожного комплекса «Биг-Диг» (Большой котлован) и новых районов города, автор вышедшей по-английски и по-русски краеведческой книги "Из Бостона о Бостоне".