October 5th, 2008

avmalgin

Резонер

Смотрел тут на днях А.Гордона, где выставили для обсуждения Ксению Собчак. Включил, видимо, где-то посредине. Минкин как раз, брызгая слюнями, негодовал: какая бездуховность, какая вредная эта передача - "Дом-2", как она портит поколение, какая пошлость!
При этом титр сообщает, что Александр Минкин - обозреватель газеты "Московский комсомолец".
Сегодня в киоске, за неимением других газет, купил "МК".
Вау! По сравнению с передачами несчастной Ксении Анатольевны, вот уж где разгул пошлости, разливанное море гадости всякого рода. Слава богу, что эту газету покупают в основном пенсионерки, а то смело можно было бы обвинить ее в том, что она портит поколение молодежи.
Почему бы Александру Минкину не начинать день с визита в кабинет Гусева: наша газета пошлая, мерзкая, гадкая, портит и все такое?
Я уже не говорю о том, что, имея столь строгие моральные принципы, оттуда ведь можно просто и уволиться, никто насильно не держит.
Жаль, мадмуазель Собчак в общей суматохе не обратила внимание присутствующих на такое несоответствие. Это было бы не в бровь, а в глаз.
avmalgin

Писательский донос

В мои времена представителем чекистских органов в Союзе писателей был Ю.Н.Верченко. Об этом все знали, да он особо и не скрывал. К нему в близкие друзья набивались в том числе и те писатели, которые потом в годы перестройки боролись за демократию и гласность. Не буду называть имен.

В разные периоды в СП были разные кураторы, одновременно их было несколько, занимали они разные должности. Скажем, был в конце тридцатых годов такой Павел Ефимович Безруких (1892-1950). Будучи приятелем Дзержинского, он был назначен им сначала заместителем комиссара Северо-Кавказского округа путей сообщения, а затем комиссаром Туркестанского округа путей сообщения. Дзержинский ведь, помимо прочего, был еще и, как сейчас бы сказали, министром МПС. В 1923 году Безруких возглавил Октябрьскую железную дорогу, а в 1925 году его назначили ректором МИИТа (тогда - Институт инженеров путей сообщения). В 1928-1930 году работал представителем наших железных дорог в Берлине, затем курировал железнодорожную отрасль в Госплане, затем - в Минфине. И вдруг его назначили секретарем партийной организации Гослита. Тут-то писатели к нему и потянулись. В основном с доносами.

Приведем в качестве примера письмо (в сокращении) поэта Дмитрия Петровского (1892-1955), написанное в 1937 году, во время массовой посадки писателей:

"Я вижу, кто падает,и сам помогаю им падать (Кулику), о котором я тебе говорил еще в феврале (об инциденте на банкете в ЦДЛ 25/II). Верно, помнишь? Я тогда же сигнализировал. Ты, кажется, не досидел на банкете. Ушел раньше, чем я выступил против Первомайского. При встрече расскажу подробнее, если ты не помнишь. Ты знаешь, что я на Украине кое-что смыслю, и эта теперешняя чистка меня радует очень сильно. Наконец-то чистая метла вымела эту "с одного поля ягоду". Верю, что дометет до конца всю нечисть.

P.S. Впрочем, лучше всего мне самому рассказать тебе весь комплекс моих наблюдений, приводящий меня к подозрительности, а не отсылать тебя к расспросам. 25 февраля группа писателей, преимущественно оборонных, была приглашена с пушкинского пленума в ЦДЛ для отчетной встречи. Я был там тоже. После доклада, во время банкета, Паоло Яшвили произнес речь (тогда в честь тов.Сталина), в которой сказал, что Грузия вправе гордиться такими сынами, как тов.Сталин, как покойный Серго. За столом президиума вспрыгнул Ив.Кулик (арестованный только неделю назад как враг народа) и закричал (завопил истошным голосом): "Мы вам не завидуем..." - и упал в обморок, так что вся речь его в этом истошном возгласе и заключалась. Все были неприятно поражены этой сценой.

Тягостную паузу прекратил Вс.Вишневский, заявивший, что "он" продолжит речь Кулика, которому стало дурно. Он сказал о том, что Украина (как и другие республики, имеет своих героев и ей, как и другим, принадлежит тов.Сталин). Что он сам и президиум подумал о Кулике, я не знаю, но Кулик через день опять появился на пленуме. Я был этим выступлением возмущен, будучи уверен в провокационном умысле этого выступления и падения после первой возмутительной фразы. Я был уверен, что этот обморок <неразборчиво>, мое мнение разделял Луговской и Тихонов, с которыми я возвращался с вечера. Я считал необходимым потребовать от Союза (т.Ставского) привлечения Кулика к ответу за эту провокацию, но Луговской и Тихонов меня отговорили, убедив меня, что и без меня было, кому это намотать на ус. Я успокоился. Однако 28 февраля (т.е. через 3 дня) на банкете Госиздата в Союзе, где был и ты, я просил тебя сесть рядом со мной,нотебя куда-то увели, и я сидел рядом с П.Яшвили. Паоло произнес свой тост о Сталине, и немедленно вслед за этой речью вспрыгнул на стол (прямо на стол) поэт Первомайский (ближайший друг Ив.Кулика) и начал свою речь с противопоставления Грузии и Украины. Меня передернуло, и я не удержался и крикнул с места: "Ты хоть не падай!" ... Он стоял на столе и ответил: "Вы, Петровский, тоже украинец, но я стою на ногах крепче, чем вы". После чего (предупрежденный моей гневной репликой) закончил речь любвеобильно. Я тем временем подумал, что, м.б., своей открытой фразой (бросившей мост к тому случаю с Куликом) нарушил необходимую для дальнейшего наблюдения конспирацию и что необходимо отвлечь эту ассоциацию. Я понял (и после речи Первомайского) и сказал в объяснение брошенной реплики, что я имел в виду "тенденцию прежней националистической генерации украинских писателей".

... Это цитата из Тычины - ярого националиста, имени его я не назвал. А я говорил этим поэтам, что некоторые украинцы забывают, что Клим Ефр. Ворошилов украинец (из Луганска). Вот за него я и предложил выпить. Никто не поддержал мой тост, и я вынужден был выпить один. Ты, верно, к тому времени уже ушел с банкета и этой сцены не видел.

Украинцы набросились на меня тут же с ругательствами (чуть не сказал с кулаками): "бездарность!" "загрудник" и позорное "явище" (явление) и т.д. Особенно усердствовал сидевший против меня поэт Рыльский и вот этот самый Турганов...

...В особенности это становится ясно сейчас, когда вскрыты не только Ив.Кулик, но и Первомайский (сжегший свою переписку с Куликом после его ареста и за это исключенный из президиума союза писателей Украины, и только!). Шайка эта - далеко не все разбойники. И на Украине, как всегда стараются сейчас умыть руки, сбросивши за борт и оного Кулика. Дескать, довольно одной очистительной жертвы. Где же тут логика? Тем более что у этого Кулика под носом, когда он был секретарем оргкомитета писателей в самый ответственный период (после раскрытия украинской контры в 1932-33 годах) были взяты писатели-шпионы...

...Я, правда, писал на днях Ставскому, но несколько сдержанно. Просто напомнил ему о том случае, которому он был свидетель. Был он, как помнишь, и на том банкете Госиздата, где я бросил свой сигнал. Он ушел скоро после моего выступления. Но у него сейчас личное горе и работа над испанской войной. Он может не восчувствовать этого сигнала. Поэтому неплохо заняться этим и тебе...

Голодный тоже прямой друг этого Первомайского, и я уверен, что неспроста, если вспомнить, что он бывший троцкист.

P.S. Обо всем этом я говорил здесь в Харькове на общем собрании писателей харьковской организации, да и не один я говорил, говорили все, но в разноголосице этого всего не записали. Почему? Неизвестно (видно, своя рубашка ближе к телу)."
avmalgin

Вопрос к залу

А вот такой вопрос.
Год назад мой ЖЖ взломала и уничтожила группа придурков. Я его восстановил в полном объеме, даже благодаря ЛЖР комменты сохранились, что позволило потом издать его в виде книги.
Однако система ссылок сбилась, и поисковики (что Яндекс, что Гугль) продолжают давать ссылки на уничтоженные посты.
Например, ищу с помощью Яндекса "Лиля Брик" в журнале "avmalgin".
Нахожу: http://avmalgin.livejournal.com/346312.html Понятное дело, уничтожено.
Однако этот пост теперь находится по адресу: http://avmalgin.livejournal.com/685040.html Увы, он никак не индексируется, его найти через поисковик невозможно.
Как с этим быть?
Есть ли возможность это исправить?
avmalgin

Перегибы на местах

Постановление Оргбюро ЦК ВКП(б)
№ 77, п. 75г - О ликвидации вредительской системы изъятия Главлитом литературы (т.Мехлис)


ЦК ВКП(б) осуждает практику произвольного, граничащего с вредительством, массового изъятия Главлитом Литературы. Например, в Татреспублике изъяты сборник алгебраических задач Шапошникова и Вальцова, сборник задач по геометрии Рыбкина и т.д. В Башкирии изъяты устав партии, резолюции XVII съезда ВКП(б), работы Ленина и Сталина. Не лучше положение в Дагестане, где враги лишили трудящихся республики произведений классиков марксизма-ленинизма, переведенных на местные языки. Во всех этих случаях литература изымалась на том основании, что в конце книг обозначены фамилии переводчиков, оказавшихся политически опороченными.

Изъятие книг в порядке показной бдительности, в частности, под предлогом опороченности переводчика, привело к тому, что в национальных республиках усердствующие головотяпы и вредители изъяли огромную часть стабильных учебников, произведения русских классиков и даже официальные партийные документы.

Помимо того, Главлит практиковал издание в массовых тиражах для широкого пользования списков авторов, книги и брошюры которых подлежат изъятию. В сводные списки включались ничтожные, мелкие книжонки местных авторов, которых никто и никогда не читал. Авторы этих, с позволения сказать, книжонок сами себя литераторами никогда не считали. Главлит своими вредительскими действиями зачислил их в "писатели".

Эта преступная практика играла и играет на руку только врагам.

Центральный Комитет ВКП(б) постановляет:

1. Запретить впредь изъятие какой бы то ни было литературы без специального решения ЦК ВКП(б). Изъятие литературы впредь производить только Главлиту и его местным органам, в каждом отдельном случае с санкции ЦК. Изъятие книг и брошюр местных авторов, изданных местными издательствами, производить, в каждом отдельном случае, по решению обкомов, крайкомов, ЦК нацкомпартий.

2. Запретить Главлиту самовольное издание в массовых тиражах раличного рода списков изымаемой литературы. Впредь списки литературы, подлежащей изъятию по различным причинам, в том числе и устаревшей, выпускать лишь по мере надобности, в каждом отдельном случае с разрешения ЦК.
avmalgin

По агентурным сведениям...

Информация наркома государственной безопасности СССР В.Н.Меркулова секретарю ЦК ВКП(б) А.А.Жданову о политических настроениях и высказываниях писателей

31.10.1944

По поступившим в НКГБ СССР агентурным сведениям, общественное обсуждение и критика политически вредных произведений писателей Сельвинского, Асеева, Зощенко, Довженко, Чуковского и Федина вызвали резкую, в основном враждебную, реакцию со стороны указанных лиц и широкие отклики в литературной среде.

Поэт Асеев Н.Н. по поводу своего вызова в ЦК ВКП(б), где его стихи были подвергнуты критике, заявил: «Написанная мною последняя книжка не вышла из печати. Меня по этому поводу вызвали в ЦК, где ругали за то, что я не воспитываю своей книжкой ненависти к врагу. Нашли, что книжка получилась вредной... Я, конечно, соглашался с ними, но сам я считаю, что они не правы. Вступать с ними в борьбу я не видел смысла. Мы должны лет на пять замолчать и научить себя ничем не возмущаться. Все равно молодежь с нами, я часто получаю письма от молодежи с фронта, где меня спрашивают: долго ли им еще читать „Жди меня“ Симонова и питаться „Сурковой массой“».

«Я знаю, что написал те стихи, которые нужны сегодня народу... Надо перетерпеть, переждать реакцию, которая разлилась по всей стране».

«Я продолжаю писать стихи, но я не показываю их. Я не имею права изменять себе, и поэтому эти стихи неугодны».

Оценивая, в связи с этим, состояние советской литературы, Асеев говорит: «В России все писатели и поэты поставлены на государственную службу, пишут то, что приказано. И поэтому литература у нас – литература казенная. Что же получается? СССР как государство решительно влияет на ход мировой жизни, а за литературу этого государства стыдно перед иностранцами».

«Слава богу, что нет Маяковского. Он бы не вынес. А новый Маяковский не может родиться. Почва не та. Не плодородная, не родящая почва...

...Ничего, вместе с демобилизацией вернутся к жизни люди все видавшие. Эти люди принесут с собой новую меру вещей. Важно поэту, не разменяв таланта на казенщину, дождаться этого времени. Я не знаю, что это будет за время. Я только верю в то, что это будет время свободного стиха».

Писатель Зощенко М.М. считает, что критика и осуждение его повести «Перед восходом солнца» были направлены не против книги, а против него самого.

«Мне было ясно дано понять, что дело здесь не только в повести. Имела место попытка „повалить“ меня вообще как писателя, так как вся моя писательская работа, а не только повесть „Перед восходом солнца“, была осуждена „вверху“».

Зощенко подробно и настойчиво рассказывает, что его повесть до осуждения, якобы, вызывала всеобщее восхищение, ее одобряло руководство Союза советских писателей; академик Сперанский и психиатр Тимофеев согласились с «научными» выводами Зощенко. Некоторые работники аппарата ЦК ВКП(б) разрешили ее печатать, а во время «проработки» большинство этих лиц «предали» его и выступали против книги.

Зощенко дает следующую оценку состояния советской литературы: «Я считаю, что советская литература сейчас представляет жалкое зрелище. В литературе господствует шаблон. Поэтому плохо и скучно пишут даже способные писатели. Нет зачастую у руководителей глубокого понимания задач искусства».

«Творчество должно быть свободным, у нас же – все по указке, по заданию, под давлением». По вопросу о своих планах на будущее Зощенко заявляет: «Мне нужно переждать. Вскоре после войны литературная обстановка изменится, и все препятствия, поставленные мне, падут. Тогда я буду снова печататься. Пока же я ни в чем не изменюсь, буду стоять на своих позициях. Тем более потому, что читатель меня знает и любит».

По полученным из Ленинграда сведениям, Зощенко, внешне подчеркивая стремление перестроить свое творчество на актуальные темы, продолжает писать и выступать перед слушателями с произведениями, отражающими его пацифистское мировоззрение (рассказы «Стратегическая задача», «Щи» и др.).

Писатель Чуковский К.И. по поводу своей сказки «Одолеем Бармалея» заявил, что еще год тому назад президиум Союза советских писателей дал хорошую оценку книге, потому что это – настоящее произведение детской литературы, и ему непонятно резкое изменение отношения к ней.

Положение в советской литературе Чуковский определяет с враждебных позиций: «...В литературе хотят навести порядок. В ЦК прямо признаются, что им ясно положение во всех областях жизни, кроме литературы. Нас, писателей, хотят заставить нести службу, как и всех остальных людей. Для этого назначен тупой и ограниченный человек, фельдфебель Поликарпов. Он и будет наводить порядок, взыскивать, ругать и т.д. Тихонов будет чисто декоративной фигурой...

В журналах и издательствах царят пустота и мрак. Ни одна рукопись не может быть принята самостоятельно. Все идет на утверждение в ЦК, и поэтому редакции превратились в мертвые, чисто регистрационные инстанции. Происходит страшнейшая централизация литературы, ее приспособление к задачам советской империи».

«В демократических странах, опирающихся на свободную волю народа, естественно, свободно расцветают искусства. Меня не удивляет то, что сейчас произошло со мной. Что такое деспотизм? Это воля одного человека, передоверенная приближенным. Одному из приближенных я не понравился. Я живу в антидемократической стране, в стране деспотизма и поэтому должен быть готовым ко всему, что несет деспотия».

«По причинам, о которых я уже говорил, т.е. в условиях деспотической власти, русская литература заглохла и почти погибла. Минувший праздник Чехова, в котором я, неожиданно для себя, принимал самое активное участие, красноречиво показал, какая пропасть лежит между литературой досоветской и литературой наших дней. Тогда художник работал во всю меру своего таланта, теперь он работает, насилуя и унижая свой талант.

Зависимость теперешней печати привела к молчанию талантов и визгу приспособленцев – позору нашей литературной деятельности перед лицом всего цивилизованного мира.

...Всей душой желаю гибели Гитлера и крушения его бредовых идей. С падением нацистской деспотии мир демократии встанет лицом к лицу с советской деспотией. Будем ждать». Collapse )
avmalgin

Финское ретро

Что-то меня на финскую музыку в последние дни потянуло.
Вот еще несколько очень милых эстрадных номеров 50-х и 60-х годов. Все эти летки-енки, финские польки и прочие маленькие радости неторопливого северного народа.

Katri Helena

Tapio Rautavaara

Pirkko Mannola

Lumberjack band

Lasse Liemola