May 19th, 2014

портрет

Как я сотрудничал с кинокомпанией "Централ Партнершип"

Если вы думаете, что крупнейшая российская кинокомпания - это "Мосфильм", вы ошибаетесь. И даже не "Ленфильм" и тем более не студия имени Горького. Крупнейшая российская кинокомпания называется "Централ Партнершип". В середине девяностых компания начала выпускать и продавать на DVD голливудские блокбастеры, к 2001-му ее выручка приблизилась к миллиону долларов, спустя год - утроилась, спустя еще один год - утроилась снова. Тут им пришла в голову идея заняться собственным производством, в частности сериалов. Например, сериалы "Ликвидация", "Мастер и Маргарита" и "Доктор Живаго" сняты компанией "Централ Партнершип". Они сняли фильмы «Волкодав», «Бой с тенью», «Тарас Бульба», «Брестская крепость» и так далее. И, наконец, вершина успеха: "Централ Партнершип" вошел в узкий круг компаний, снимающих фильмы на деньги государства. В 2012 году сборы от всех фильмов, выпущенных в прокат кинокомпанией, если верить их сайту, превысили миллиард долларов. Треть из них - сборы отечественных картин. Это так, для справки.

Теперь собственно моя история.

У меня, если помните, в конце 2012 года прошел по каналу "Россия" телесериал "Дело следователя Никитина". Я написал сценарий, базирующийся на событиях 1934 года, а сняли фильм ветераны нашего телевидения - режиссеры В.Усков и В.Краснопольский (они еще "Тени исчезают в полдень" и “Вечный зов” сделали тысячу лет назад). Телеканал купил мой сценарий, но от работы над фильмом полностью отстранил. До окончания съемок режиссерам даже не сообщали, кто автор. Хотя они очень интересовались (вот как снимать историческое кино, не имея возможности в рабочем порядке задавать вопросы сценаристу?). Однако, к моему удивлению, у меня ни телеканал, ни режиссеры не исправили буквально ни слова в сценарии. Вот как все было написано, так все и сняли. И мне было приятно, что многие профессионалы высоко отозвались об этой работе.

И вот спустя несколько месяцев после премьеры, а именно ровно год назад мне позвонил Валерий Иванович Усков и сообщил, что мной сильно интересуется компания "Централ партнершип". Валерий Иванович тактично спросил, может ли он дать мой телефон президенту этой компании Давитяну. "Странный вопрос, - отвечаю. - Конечно, дайте".

Я человек далекий от киношной тусовки, и честно говоря, поначала решил, что речь идет о Рубене Дишдишяне, медиамагнате и основателе "Централ партнершип”. У меня с ним есть общие знакомые, от которых я слышал о нем только хорошее. То, что к тому моменту он уже покинул компанию, я как-то упустил. Как и то, что "Централ партнершип", оказывается, уже принадлежал "Профмедиа", то есть Потанину.

Короче, звонит Армен Давитян. "Надо, говорит, встретиться, мы хотим с вами работать". Это было в мае прошлого года.

В июне, приехав в Москву, я первым делом отправился на Остоженку к Давитяну. Там я был встречен чрезвычайно радушно, выслушал кучу комплиментов по поводу прошедшего по второму каналу сериала. "Не хотите ли что-нибудь и для нас написать?". "Конечно, говорю, хочу".

Сначала я предложил ему продолжение "Дела следователя Никитина" - те же герои, но действие происходит уже не в 1934 году, а в 1938-м. Фактический материал у меня уже был собран для второго канала, очень интересный (даже, я бы сказал, сенсационный), но канал заявил, что продолжение им не нужно. "Нет, говорит Армен, не годится. Запутаемся с правами. Надо договариваться с телеканалом "Россия", а не хочется". "Ну тогда, говорю, я могу на основе того же материала написать оригинальный сценарий с другими героями. То есть оставим наркома Ежова и его жену Евгению Соломоновну, в последней серии Евгения Соломоновна кончает с собой в сумасшедшем доме с помощью яда, который ей передал Ежов, а самого Ежова арестовывают и расстреливают прямо в зале Верховного Суда. Реальная фабула, очень кинематографическая, просто удивительно, что до сих пор никому не пришло в голову это экранизировать. Остальные персонажи будут вымышленные, хотя и в большинстве случаев имеющие реальных прототипов. В центре действия будут два брата: один – следователь Московской прокуратуры, второй – журналист “Известий”. Покажу, как жил в Москве "высший свет" в 1938 году на фоне выпуклого детективного сюжета. Писатели и актрисы, весело проводящие время на квартирах высокопоставленных чекистов, и так далее.

"О! Кремлевский гламур" - оживился мой собеседник. "Ну можно сказать, да. Правда, весь этот гламур как раз в 1938 году пошел под нож". "Репрессии?" - насторожился Армен. "Ну естественно". - "Нет, репрессии нам не надо. Давайте все-таки подумаем о другом сюжете".

Ну что ж, делать нечего. Разошлись как в море корабли. Я обещал еще подумать, а сам поехал на “Эхо Москвы”, где меня ждали. Вслед звонит Армен: "Андрей, у меня есть для вас замечательное предложение!" Разворачиваюсь. Армен дает мне краткий, на одну страничку, синопсис. Как я сейчас понимаю, написанный беднягой, которого они решили по каким-то причинам снять с проекта, но сам проект сохранить.

Итак, восьмисерийный телевизионный фильм "Семь дней в июле". Начинался синопсис так: «Огромная пирамида мировой политики и тайной дипломатии в самые драматичные дни ХХ века, упиралась своей вершиной в 20-летнюю девушку, которая ни о чем не подозревала…» Я сразу сказал, что название не годится: в памяти всплывает голливудская агитка "Пять дней в августе", где Энди Гарсия сыграл Михаила Саакашвили, атакованного русскими головорезами. С пирамидой, упершейся в девушку, я пообещал разобраться дома, при вдумчивом чтении.

Collapse )
портрет

Как я сотрудничал с кинокомпанией "Централ Партнершип" (часть 2)

Продолжение. Начало - тут.

Предполимпийский 1979-й год, точнее лето 1979-го года, когда должны были разворачиваться события фильма, я очень хорошо помню. Я провел это лето в Москве, хотя уже два года жил в Польше, учась в Варшавском университе. В тот год я как раз сдружился с "Литгазетой", куда потом поступил на работу, вращался среди молодых литераторов, так что среда, в которой должен был вариться мой главный подозреваемый, мне была хорошо знакома. Часть действия я перенес прямо в редакцию "Литгазеты", которая досиживала последний год на Цветном бульваре (после Олимпиады-80 они перехали в освободившееся здание олимпийского оргкомитета в Костянском переулке). Первое убийство я запланировал на Дзержинской овощебазе, куда посылали молодых сотрудников как "Литгазеты", так и ГУВД (обе организации относились к Дзержинскому району). Так что случайное знакомство на овощебазе Шурика и Вореса было вполне оправданно. Сам Ворес, согласно моим планам, в “Литгазете” не работал, но у него там была девушка. Как раз девушку послали на овощебазу, а Ворес, как он объяснял потом следователям, поехал за компанию. Вторая девушка (убитая) пусть будет из Комитета защиты мира (тоже Дзержинский район). Так, про кого еще мы что-то знаем? Ага, Дзержинскую овощебазу тогда возглавлял легендарный Мхитар Адамович Амбарцумян (в 1985 году в рамках перестройки его арестуют и расстреляют). А он вообще-то был интересным человеком, фронтовиком, принимал участие в штурме Рейхстага. А раз армянин - пусть он будет как-то через третьи руки связан с моим героем-милиционером - Левоном… Короче, сюжет стал сам по себе расти и обретать плоть и кровь, я еле успевал записывать все, что приходило мне в голову. В памяти всплывали все новые детали, и они сами собой укладывались в общую интригу. Каждому персонажу находилось свое место в общей интриге.

Я, кстати, тогда жил в Зеленограде, и ездил каждый день в Москву на электричке (и в электричке этой познакомился, кстати, с совершавшим тот же ежедневный путь Игорем Свинаренко, ныне известным публицистом). Перенесу-ка я часть действия на платформу станции Крюково. Пусть вся крюковская топография будет воссоздана. Зачем что-то придумывать, если можно взять то, что прочно сидит в памяти. Я прекрасно помню, как все было устроено, какой был подземный переход, где обычно стоял мент, где была аптека, на каком автобусе можно было уехать в поселок Алабушево и так далее. В Крюково была (не знаю, осталась ли) исправительно-трудовая колония, ага, это тоже можно, если будет необходимо, как-то использовать. Пусть все будет достоверно. Посажу выдуманный сюжет в исторические реалии.

Разумеется, я много гуглил. Нашел немало забавного. Например, московские такси тем летом ездили с игривой такой эмблемой на борту "1979 - Международный год ребенка" и надписью: “Чистое небо – детям Земли”. В гугле нашлась фотография такой машины. Ну что ж, пусть у меня таксиста из такой разрисованной машину убьют. Что-то в этом есть: сочетание в кадре веселенькой надписи и зверского убийства. Что там еще было интересного летом 1979 года? Ага, вышел фильм Никиты Михалкова "Пять вечеров". А пусть-ка в "Литгазете" на последнем этаже устроят предпремьерный просмотр для сотрудников (практиковалось такое). Ну тогда необходимый для сюжета разговор Шурика и Вореса можно сделать на редакционной лестнице на Цветном бульваре, когда они пришли михалковское кино смотреть: пока поднимешься на шестой этаж, можно много чего сказать друг другу. Ну и, конечно, какая-нибудь такая деталь: "А Михалков приехал?" - "Нет, картину Адабашьян привез".

Так, что еще? В те месяцы шли съемки "Места встречи изменить нельзя"! Итак, Шурик приходит на работу на Петровку, а там развернуты съемки. "Смотри, Высоцкий!" - "Где, где Высоцкий?" - "Его к начальству повели чай пить". Ну и так далее. Теперь уж я был озабочен тем, чтобы не утонуть в деталях. Стал отсекать все лишнее, чтобы обилие деталей не шло в ущерб жесткому сюжету. Чтобы напряжение детектива не ослабевало. Надо помнить о жанре (кстати, очень редком на нашем телевидении: там детективами называют чуть ли не любой экшн).

Но почему не вспомнить, что были времена, когда Михалков и Говорухин были нормальными людьми, талантливое кино делали?

Так, что еще? Продуктовые заказы. Да-да, в МУРе и "Литгазете" были неплохие продуктовые заказы. Или вот еще. Талоны, чтобы отовариться в магазине "Ядран". Как эти распродажи по талонам происходили. Как в 1979 году надо было заказывать себе очки. Не так-то просто, кстати. А не вывести ли тему этих заказов, талонов и трудностей торговли на любовную линию? Как? Очень просто: Шурик влюбится (не без взаимности) в муровскую секретаршу (назовем ее Люся в память о лигазетовской Люсе), а раз секретарша – значит и продуктовые заказы, и все прочее. Пусть Люся будет бойкой такой сообразительной девушкой.

Еще, еще… Ага. Был дом такой на Самотеке. Там жили одни ассирийцы, те самые, которые сидели на Тверской и у станций метро в будочках и чистили обувь и шнурки продавали. К Олимпиаде их разогнали, и они уже не вернулись на московские улицы, где сидели еще с дореволюционных времен. Пусть-ка у меня один из героев будет ассирийцем. Летом то ли 1978 года, то ли 1979 года мы проходили с приятелем мимо этого дома на Самотеке (в сюжет это вписывается: это же в двух шагах от Петровки, 38), а там у ассирийцев праздник: развели огромный костер и на нем целиком зажаривали тушу быка! В центре столицы нашей Родины Москвы, ага. Никогда не забуду. Введу-ка я эту сцену в свой фильм.

Чтобы погуще бросить тень на подозреваемого – писателя Вореса – устрою-ка я пару убийств в писательских домах – на метро “Аэропорт” и в Безбожном (ныне Протопоповском) переулке. Пусть вообще почаще это мелькает – “Безбожный переулок”, все уже забыли, что в Москве были такие названия улиц странные. Там, кстати, был (и есть) дом, где жили сотрудники “Литгазеты”.

Collapse )
портрет

Как я сотрудничал с кинокомпанией "Централ Партнершип" (часть 3)

Это окончание эпопеи. Начало - ТУТ и ТУТ.

Каждый Новый год мы с семьей проводим в Москве, навещаем родственников и заодно решаем накопившиеся вопросы. Вопросы бывают разные и всегда неприятные: то вдруг ГИБДД пришлет штрафы на давно проданную машину, то надо куда-то принести какую-то справку, то нужно заполнять бумаги на новые паспорта, то из налоговой моей жене присылают требование предоставить свидетельство о смерти мужа, то есть меня (скан, если кто не верит, тут). В этот приезд мне предстояло как-то закруглить отношения с компанией "Центр Партнершип".

Но сначала я должен был решить для себя, переходить к обороне или к наступлению. То есть определиться, что важнее - вытащить из них еще 217 тысяч за работу над первыми тремя сериями, но тем самым отчасти признать их права на сценарий. Или, наоборот, защитить свои исключительные права. Для этого лучшим выходом было бы, наоборот, вернуть им уже выплаченные за расширенный синопсис 217 тысяч (что они от меня совершенно не требовали). Все-таки свой синопсис я им фактически продал, что закреплено актом приемки-передачи, да и даже самим фактом перечисления денег. Как они поступают с чужими синопсисами, я видел в первые же дни работы с ними, когда мне предложили написать сценарий на основании чьего-то синопсиса о ленд-лизе. Но только тот синопсис помещался на одной страничке, а мой занимал 30 страниц и был фактически готовым сценарием, только без разбивки по сценам.

Взвесив все "за" и "против", я решил идти по пути закрепления своих прав.

Я точно знал, что никакие новые договора, акты и соглашения с "Централ партнершип" не могли мне полностью гарантировать, что меня не обворуют. Тем более, что тексты уже вышли за пределы "Централ партнершип" (по крайней мере на Первом канале они были). Поэтому я решил запастить дополнительными аргументами. Есть такая вещь, как "депонирование необнародованных произведений". Обычно это делают авторы песен, регистрируя их в Российском авторском обществе. Они несут туда слова и ноты, а им выдают свидетельство с датой. В дальнейшем, если всплывает факт плагиата, с помощью этого свидетельства в суде можно доказать, кто раньше зарегистрировал свои права. Я связался с РАО и обнаружил, что процедура эта у них достаточно громоздкая, все бумаги они принимают только с нотариально заверенными копиями, а до получения свидетельства иногда проходит полгода. Это мне не подходило. Тем более им до этого не приходилось депонировать сценарии. Но нашлось место, где этим занимаются. Это Ленинка, или, как она сейчас называется, Российская государственная библиотека. Там есть такой депозитарий. Я списался с ними, и они мне гарантировали, что до конца года оперативно задепонируют мои тексты. То есть если я увижу, что в 2014 году или позже вдруг вышел фильм или издана книга, где использованы в том или ином виде мои тексты, я немедленно отправляюсь в суд с доказательством на руках.

Затем я написал сухое официальное письмо руководству "Централ Партнершипа", в котором предложил им на выбор два варианта: или они платят мне за всю сделанную работу плюс выкупают права на сценарий за полную сумму, или я, вернув им деньги, полученные в сентябре за синопсис, получаю от них бумагу, что они не претендуют на права на сценарий или его элементы. Не удержавшись, я приписал в конце: "и мы забываем друг о друге, как о кошмарном сне". О том, что я регистрирую приоритет, я им не сообщил, чтобы они не побежали по тому же адресу раньше, чем я приеду в Москву. Надо сказать, что мое предложение вернуть деньги застало их врасплох. С таким они не сталкивались. Они считали, что бросив автору аванс и не требуя его обратно, они его страшно облагодетельствовали и теперь могут делать с результатами его труда что угодно.

Collapse )
портрет

Милый дедушка, Пан Ги Мун!

Москва. 19 мая. INTERFAX.RU - Республиканское собрание самопровозглашенной "Луганской народной республики" направило обращение о признании суверенитета и независимости государства генеральному секретарю ООН Пан Ги Муну.

"Считаем, что, согласно основополагающим международным документам, обращение народа Луганской народной республики к международному сообществу с просьбой рассмотреть вопрос о признании своей государственности - наше естественное право", - говорится в обращении ЛНР в ООН. В нем подчеркивается, что "народная республика" намерена строить свои отношения с другими государствами на основе равенства, мира, добрососедства и других общепризнанных принципов политического, экономического и культурного сотрудничества.

Депутаты проголосовали за принятие обращении единогласно. 19 мая документ был отправлен в ООН.


ОТСЮДА

«Милый дедушка, Константин Макарыч! — писал он. — И пишу тебе письмо. Поздравляю вас с Рождеством и желаю тебе всего от господа бога. Нету у меня ни отца, ни маменьки, только ты у меня один остался».

Согласно временной конституции, для признания ЛНР необходимо установление дипломатических отношений как минимум с тремя государствами.

— Мы рассчитываем, что нас признают Россия, Белоруссия и Никарагуа. Как показала практика, Никарагуа очень хорошо относится к отделившимся республикам, провозгласившим независимость (в 2008 году страна признала независимость Абхазии и Южной Осетии. — «Известия»). Надеюсь, нас признают еще Казахстан и Китай, — пояснил руководитель пресс-центра.


ОТСЮДА