Андрей Мальгин (avmalgin) wrote,
Андрей Мальгин
avmalgin

Categories:

Ну и мразь

"Коммерсантъ" публикует огромное интервью с осужденным Константином Лебедевым. Из текста интервью следует, что оно взято уже после того, как Лебедева увели из зала суда в наручниках отбывать срок. К сожалению, "Коммерсантъ" не сообщает нам, при каких обстоятельствах взято интервью, кто разрешил или, наоборот, пригласил "Коммерсантъ" побеседовать с Лебедевым.

Несколько фрагментов:

Что именно вы признали на сделке со следствием?

Я признал организацию массовых беспорядков 6 мая совместно с Сергеем Удальцовым, Леонидом Развозжаевым и Гиви Таргамадзе. Также я признал подготовку к будущим массовым беспорядкам в неопределенное время с теми же участниками.

Вас пытали?

Нет, меня не пытали.

Почему тогда вы решили пойти на сделку?

Я убедился, что у следствия есть исчерпывающие доказательства нашей вины... У меня был выбор такой: либо упереться рогом, и закончилось бы все очень печально, десятилетним максимальным сроком. Была альтернатива — признать очевидное, именно очевидное. Я ни слова в своих показаниях не соврал и никого не оговаривал. Я не дурак и понимаю, что им нужен был Удальцов. Я во всем сознался и добился отношения «Иди, мальчик, мы тебе по минимуму дадим, ты нам не интересен». Идти на рожон сломя голову, получать десятку и все равно никого этим не спасти — ну это был выбор, который достоин фанатика, но не разумного человека.

Из-за такой позиции многие люди называют вас предателем. Вы чувствуете себя предателем?

Я себя предателем в данном случае не чувствую. Люди, которые участвовали в этом деле, знали, на что идут, и знали, что такой результат возможен. Что касается всех участников этих массовых беспорядков, то я ни на кого показаний, которые могли бы привести к отягощению их участи, не давал. На Леню и Сережу — да, но это только наше дело...

Как вы познакомились с Гиви Таргамадзе?

В 2005 году на Украине в конце Майдана. Я на протяжении нескольких месяцев участвовал в «оранжевой революции». Ребята из движения «Черная пора» начали мне доверять и познакомили со своими спонсорами и учителями — командой Таргамадзе. Потому что я не словом, а делом доказал, что на многое способен и многое могу...

Когда вы получили первые деньги от Таргамадзе и за что?

В 2006 году за работу в Белоруссии: я следил, как расходуют средства местные активисты. Задания были простые: проверить, расклеили ли плакаты, сколько на акции на самом деле было народу, поговорить с тем-то и тем-то человеком, передать инструкции. Так я туда и мотался: был въездной, они не въездные...

Сколько вы получали за работу в Белоруссии?

Оплачивали все расходы на проживание и питание и давали за неделю работы около тысячи евро. Еще небольшие деньги платили за то, что я для них писал анализ политической ситуации в России.

Как пришли первые деньги от Таргамадзе в Россию?

Через созданное мною движение «Смена», эта организация полностью существовала на неофициальные гранты из Грузии и Европы...

Как Удальцов познакомился с Таргамадзе?

По инициативе Таргамадзе. Когда начались протесты после выборов в Госдуму в 2011 году, он очень возбудился и захотел в это дело влезть. Как же ему — и в стороне быть. Он мне говорил: «Мне очень нравится Удальцов». Я его понимал, хотя, надо подчеркнуть, у нас на тот момент с Серегой были очень плохие отношения. Они решили предложить ему денег, меня это устраивало: хоть мы с Серегой и в терках, как говорится, но это хоть что-то левое и хоть как-то можно влиять.

А Алексей Навальный Таргамадзе не был интересен?

Он спрашивал меня насчет Навального. Я ответил, что, мол, не вариант, он на это не пойдет. Он бы правда не пошел...

Сколько раз вы с Удальцовым и Развозжаевым встречались с Таргамадзе в Минске?

В таком составе три раза. Первый раз — в марте 2012 года. Приехали на машине депутата Ильи Пономарева, Леня на ней Удальцова везде возил. Приехали, познакомились, выпили. Попытались написать какую-то смету, но уж пьяные были. С Гиви всегда было много народу, у него вообще была привычка возить с собой свиту. Однажды он куда-то приехал с делегацией 40 человек. Заселились в отеле, посидели-погудели, как обычно. Вообще, дела решаются как: два дня пьют, на третий чего-то придумывают, потом уезжают. Так вот эти 42 человека погудели, ломятся в аэропорт. Потом смотрят: что за херня, а где главный-то? Главного забыли в отеле. Не разбудили, он там спать остался.

Потом мы ездили в июне и третий раз — в конце августа, из Литвы на машине с Василичем (Таргамадзе.— «Власть»). Перед этим мы 26 бутылок вина вчетвером выпили за вечер в Литве. И тут Василич говорит: «Срочно едем в Минск, звони Сереге». Я, тоже пьяный, как-то невнятно позвонил Сереге, он под Брянском где-то был. За нами машина с дипломатическими номерами приехала. За руль садится пьянющий посол Грузии в Литве, который с нами эти бутылки и пил. И на скорости 140 км в час мы летим до границы. Там садимся в другую машину с дипномерами, уже, видимо, посла Грузии в Белоруссии. На ней приезжаем в квартиру, начинаем добухивать. Серега с Леней приехали на следующий день, и мы начали пить все вместе. Когда летели назад, я, сильно пьяный, в аэропорту боялся, что сейчас нас с Серегой кто-то на фотоаппарат заснимет. Стюардессы в ужасе были, я молился, чтобы они его не узнали.

Вам не кажется, что странно планировать революцию и так пить?

Это другая культура, не наша. С грузинами если не пьешь — ты им не друг. В этом невменяемом состоянии они дела и вели. Василич — это хронь, он реально алкоголик, разложившийся человек...

Запись какой встречи показали в фильме «Анатомия протеста» на НТВ?

Второй встречи. В июне...

Вы вели аудио- или видеозапись этой встречи?

Нет. Я действительно иногда вел аудиозаписи грузин. Но не в этот раз. Зачем вел? В 2010 году, когда они пригласили меня поработать в Минск в очередной раз, я уже знал, что с 2008 года они помирились с белорусами. Лукашенко тогда развернулся в сторону Европы, и к нему приехал Березовский. Грузины помирились с белорусами и через Сухаренко, тогдашнего главу КГБ Белоруссии, начали туда наезживать. И в 2010 году Таргамадзе рассказал мне, на каких условиях это произошло: они очень хотели, чтобы Лукашенко отвернулся от России. Одним из условий было, что все свои данные по белорусской оппозиции, с которой они работали очень давно и вложили туда много денег, они сдают КГБ. Они рассказали им обо всех спонсированных ими акциях и сдали всех белорусских оппозиционеров, с кем они работали. На выборах в 2010 году они дали мне задание: походи по друзьям-оппозиционерам, узнай их планы и расскажи нам. После этого я купил диктофон и стал записывать такие разговоры...

Возвращаясь к встрече. Вы иногда записывали грузин на диктофон. А на камеру вы их когда-нибудь снимали?

Нет. Смысла не было. Диктофон нужен был, чтобы в случае, если они решили бы поступить с нами как с белорусами, я мог бы на них хоть как-то воздействовать. Белорусская история мне показала, что люди действуют в своих национальных интересах. Наши интересы с их пересекаются только в одном пункте — они ненавидят Путина и мы его ненавидим. Поэтому доверия с нашей стороны им не было.

Я спросила о камере, потому что ваши знакомые в вашей квартире после ареста нашли скрытую камеру, встроенную в футболку поло. Где вы ею пользовались?

Камера была куплена после думских выборов 2007 года для наблюдателей. Тогда за открытую съемку выгоняли с участка, вот мы и решили средств прикупить. Я ее купил на ВДНХ, она выглядит как пуговица.

А где сам видеорегистратор от нее?

Я его просто сам не нашел. То есть он когда-то был, шел в комплекте с камерой, понятно. И я его использовал однажды — на съемках акции арт-группы «Война» «Смерть таджика» в «Ашане». Я был с обычной камерой в руках и со скрытой на всякий случай.

Я смотрела ролик, вы там были в клетчатой рубашке, а не в поло.

Ну а какая разница, это же камера в виде пуговицы.

То есть вы переставили пуговицу?

Ну да, видимо... Сейчас пытаюсь вспомнить. Да, точно, я ее тогда использовал. Она же отвинчивается и переставляется.

А на выборах в итоге хоть раз использовали?

Нет, так ни разу и не использовал. А регистратор просто потерялся. Все это валялось в куче, вперемешку с одеждой. Я даже про камеру забыл. Ну и понятно же, что съемки, попавшие в «Анатомию протеста», велись не с такой камеры.

А какая камера была в Минске?

Мое мнение — встроенная в телевизор.

Если вы не писали, то кто, по-вашему, это делал?

Вариантов много, я склоняюсь, что писалось самими грузинами на всякий случай. Я и Сереге говорил: ты же понимаешь, что они нас пишут? Он отвечал: понимаю. Но мы не верили, что им потребуется нас когда-либо сливать. Я до их пор не могу понять причины, по которой это могло произойти, потому не берусь однозначно утверждать, что это грузины нас снимали. Единственное, у них мог быть перерасход. Они хватанули где-то денег, после 6 мая ничего серьезного не произошло, а деньги уже хватанули, вот и решили нас слить, чтобы потом ответ не держать...

Вообще, много из того, что предлагали и сами грузины, имело мало общего с реальностью. Предлагали измазать здание ФСБ валерианой, чтоб коты сбежались, или запустить воздушный шар с изображением Путина и расстрелять его. Еще были идеи спровоцировать охрану Кадырова, перекрыв дорогу его кортежу. Нанять или угнать грузовики с автобусами и на митингах отгораживаться ими от полиции.

Через кого шли деньги в Россию?

Все деньги всегда шли только через меня, я заведовал всей бухгалтерией. Знали о них Серега, Леня, я и Алимыч. Была четкая установка, что больше никого мы в это дело не посвящаем.

Сколько было обещано денег и сколько давали?

Оговорено было $35 тыс. в месяц. Сумма невеликая, но для леваков все определяющая. Передавали деньги траншами мне: покупал в переходе метро телефон с симкой, узнавал время и место встречи, показывал пришедшему человеку паспорт и получал деньги в конверте.

Как делили на троих?

У каждого была зарплата около полтинника, а основные суммы на акции в долларах я передавал Лене. Серега лично предпочитал денег не брать.

В апреле и мае вы получили по $35 тыс., а потом?

В июне, после 6 мая, мы получили $90 тыс. На эту сумму были куплены машины Развозжаеву и Насте Удальцовой. Еще ушли на листовки, около 70 тыс. рублей каждый тираж, флаги, расходы на штаб, Леня там набрал команду. Поездки. В кабаках я платил из остатков. Вообще деньги всегда хранились у меня.

Когда был последний транш?

В августе — $42 тыс.

Сколько осталось?

Да ничего не осталось.

Сейчас Удальцов, Развозжаев и Таргамадзе отрицают вашу версию событий. Кто врет?

Врут они...


ОТСЮДА
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 343 comments