Андрей Мальгин (avmalgin) wrote,
Андрей Мальгин
avmalgin

Очередной демарш голландской военщины

Открылась голландская фотовыставка о подготовке к Олимпиаде в Сочи

В Центре документальной фотографии FOTODOC открылась выставка «Проект Сочи» — собрание работ голландского фотографа Роба Хорнстры, который вместе со своим коллегой, журналистом Арнольдом ван Брюгенном в 2009 году отправился в Россию, чтобы задокументировать подготовку к Олимпийским играм 2014 года. В сентябре 2013 года Хорнстре и ван Брюггену без объяснения причин было отказано в российских визах, и выставка оказалась под угрозой срыва.
«Проект Сочи» одновременно откроется в Москве и в Городском театре Амстердама.


ОТСЮДА

Несколько картинок с выставки. Подписи сделаны Арнольдом ван Брюггеном.



Адлер, 2009 год. Через пять лет на этой нетронутой земле пройдут Олимпийские игры — событие, о котором миллионы людей будут говорить годами. Местные жители сравнивают Олимпиаду с инопланетным кораблем, приземлившимся на полях совхоза «Россия». Летняя столица России станет столицей зимней Олимпиады, превратится из черной в белую.

Мы сделали эту фотографию в 2009 году, когда земля совхоза «Россия» была экспроприирована под олимпийское строительство. Беженцам из нищей Абхазии, расположенной всего в нескольких километрах отсюда, было разрешено временно разместиться на этом пустыре. Они выращивают кукурузу и зерно и живут в подобных времянках.

Это не самая популярная у туристов часть Сочи, здесь не так много домов отдыха, зато больше частных гостиниц и семейных ферм. Позднее здесь должен появиться конькобежный центр. Отсюда будет построена дорогостоящая трасса до горнолыжных склонов Красной Поляны. Планируется строительство нового аэропорта, скоростной железной дороги, пятизвездочных отелей, пресс-центров, олимпийской деревни и других объектов. Когда мы делали эту фотографию, работа только начиналась, но президент Путин пообещал, что все будет готово в срок. С изначальным бюджетом в 12 миллиардов долларов Игры в Сочи станут самыми дорогими в истории Олимпийского движения.




Красная Поляна, 2009 год. Дорога до Красной Поляны проходит по живописным ущельям, петляет между рек и среди нетронутых хвойных лесов. Небольшая деревня находится между холмами, заросшими сосняком, и горами, покрытыми снегом. Рядом на деньги «Газпрома» строится большая гостиница с новыми подъемниками.

Геннадий Кук (81 год) рассказал о стройке. Построена широкая трасса, реки загнаны в трубы, строительная техника ждет приказаний. «Боже мой, это все еще происходит, — говорит Кук, начавший борьбу с местной администрацией. — Эта территория относится ко всемирному наследию, и сейчас прямо по ней проложат железную дорогу для доставки стройматериалов. Я не против Игр, я против того, как они реализуются».

Через год экскаваторы расширили реку и сделали набережную. Геннадий Кук уже не так сильно злится на происходящее. Но ему стало труднее передвигаться по городу, иногда он даже опаздывает на поезд. Он показывает нам свои письма местным властям — и их ответы, что территория остается нетронутой. Но когда выходишь на улицу, видишь разницу между реальностью и словами на бумаге.

Геннадий чувствует себя Дон Кихотом, одиноким борцом с разрушением родной земли. «Я так и не смог привлечь соседей на свою сторону. Они все думают только о больших деньгах, которые придут сюда».

Мы гуляем по набережной. Из трубы в реку вытекает пена. «С тех пор, как сюда пришли Игры, я не поймал ни одной рыбы. Ни лосося, ни форели. Ничего». Кук сдался. Ситуация ухудшается. Земля рядом с его домом расчищается под коллектор для сточных вод.



Сочи, 2009 год. Возможно, они ругаются, как солдаты, и шумят. Но это не хулиганы, а геологи, юристы, экологи и рассерженные горожане. Каждые две недели они собираются в географическом обществе и обсуждают последние олимпийские планы, а также то, как можно уменьшить наносимый ими вред. Они обсуждали возможность переноса конькобежного комплекса на север от Сочи, где зимой может быть холоднее. Они старались защитить жителей от незаконного сноса, захвата земли, вырубки деревьев, рассказывали о подземных озерах, в которые конькобежный комплекс может провалиться. С каждым годом надежда угасала, а стадионы вырастали, изменяя пейзаж.



Адлер, 2010 год. В то время как стоимость Игр выросла до пятидесяти миллиардов долларов, строители получают мизерные деньги. Первые протесты начались в 2010 году. Ролики, показывающие условия труда, стали популярными на YouTube. Рабочие говорят, что не получали зарплату полгода. Организаторы обвиняют субподрядчиков, но при этом протестующие сотрудники уволены. Иван некоторое время спал в коровнике около строительной площадки. «Наш босс меняет все каждый месяц. Он получает определенную сумму от «Москонверспрома» или другого субподрядчика и делает так, чтобы большая часть оказалась у него в кармане. Так что мы не понимаем, где брать нашу зарплату». Иван пытается купить билет до Азова, где живет его семья. В основном пострадали выходцы из Средней Азии, у которых гораздо меньше прав и возможностей их отстоять. Они продолжают работать в надежде, что все будет нормально.



Новомихайловский, Россия, 2011 год. Воздух в Сочи пахнет кремом от загара, потом, жареным мясом и спиртным. На пляжах покрытые испариной мужчины продают ежевику, початки кукурузы и попкорн. Рядом с респектабельными семьями прогуливаются пьяницы с большими бутылками пива. Улицы и переулки затянуты дымом: жарят шашлык. На набережных роскошные женщины завлекают туристов на различные аттракционы: дротики, тир, парасейлинг, массаж ступней с помощью рыбок — все, что только можно вообразить.

В каждом уважающем себя ресторане обязательно есть певец. Заведениям приходится по-соседски уживаться на ограниченном пространстве набережных. В парке «Ривьера» установлены специальные стеклянные будки, направляющие звук в нужную сторону. Однако толку от них не много. Ресторан «Ромашка» тонет в какофонии из различных песен, но гостям это, похоже, нравится: многие специально выбирают место, где звук смешивается. Две песни по цене одной — почему нет?

В рестораны подальше от берега приходят семьи и люди старшего возраста. Танцпол в «Новом Афоне» пустует. Группа усталых посетителей облюбовала один из столиков. Из-за музыки разговаривать практически невозможно, но гостей это не смущает. После длинного жаркого дня, проведенного на пляжах, в парках развлечений, садах и магазинах, многие охотно погружаются в преисполненный драматизма мир шансона и попсы.




Сочи, Россия, 2011 год. Виктор Алексеевич — кораблестроитель из Мурманска, на пенсии. Мы знакомимся с ним на пляже. Он приезжает в Сочи уже много лет. «Раньше здесь было гораздо красивее, — рассказывает он. — Теперь тут полно жуликов из Москвы, которые приехали строить и продавать свои небоскребы. А раньше был маленький милый городок. Уже даже с пляжа санаториев не видно. Но все равно получше, чем в Мурманске».

В Сочи таких Викторов Алексеевичей — тысячи. Туристы советской закалки, многие из которых добираются сюда по несколько дней на поездах и автомобилях. Те, кто может себе это позволить, прилетают на самолетах. Одна девушка рассказала, что в ее деревне в Сибири лето длится не больше двух недель и все это время людей непрестанно жрут комары. Сочи в сравнении — рай. Этот рай создан для еды, купания и развлечений. Все дороги, ведущие в санатории, на пляжи, в маленькие городки и деревни на побережье, застроены магазинами и ресторанами. Шум, наваливающийся со всех сторон, неподготовленного туриста может шокировать не меньше, чем обилие способов заставить тратить деньги.




Адлер, 2010 год. Постепенно капустные поля совхоза и ближайшие к ним деревни стали вытесняться огромными строительными площадками, складами со стройматериалами и новыми объектами, такими как стадион «Большой». Пейзаж изменился до неузнаваемости. Только холмы вдалеке и маленькое кладбище остаются ориентирами в суматохе времянок, строительной техники, железнодорожных путей, олимпийских деревень, гостиниц и строящихся объектов.



Адлер, 2011 год. Железнодорожная ветка Сочи — Сухуми тесно прижалась к побережью. За ней простирается Адлер, южная часть Большого Сочи, известная со сталинских времен здравница. Номера в адлерских гостиницах несколько дешевле, что можно понять по обитателям пляжа. Местные жители называют таких туристов «бздыхами». За пределами Сочи это слово известно мало, но любой, кто был там, поймет, что это значит: толстые, потные, пахнущие пивом и духами, с голым торсом и в сандалиях с носками, шумно едящие и слушающие дрянную музыку.

У местных жителей нет выбора, кроме как смириться с ними. Состоятельные россияне предпочитают отдыхать в более дорогих сочинских гостиницах или выбирают поездку в Италию, Турцию или Таиланд. Качество сервиса, которое привнесут Игры, может отпугнуть «бздыхов» от Сочи. Вероятно, город станет более дорогим и перенаселенным, и это может сказаться не только на «бздыхах».




Сочи, Россия, 2012 год. 29-летняя Ольга — менеджер стриптиз-клуба в отеле «Жемчужина» в центре Сочи. И она, и танцовщицы клуба, очень ждут начала Олимпиады. Олимпийская семья будет чувствовать себя в Сочи как дома.



«Роза-Хутор», Сочинский район, Россия, 2013 год. На «Роза-Хуторе» сталинский неоклассицизм смешивается с архитектурой альпийской деревушки. Это последняя олимпийская деревня в Красной Поляне, строили ее инвестиционные компании олигарха Владимира Потанина. Яркий, современный, эклектичный, «Роза-Хутор» — это маленькое посольство планеты Москва на Кавказе. Воплощение мечты президента Путина о новой России. Но чем дольше на него смотришь, тем яснее понимаешь, что это всего лишь потемкинская деревня, построенная не для жизни, а чтобы пустить пыль в глаза.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 89 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →