Андрей Мальгин (avmalgin) wrote,
Андрей Мальгин
avmalgin

Половина Петровского окна

ТАСС уполномочен заявить:



МОСКВА, 3 июня. /ТАСС/. Поэт-шестидесятник Евгений Евтушенко с аншлагом дебютировал на Красной площади. Знаменитый поэт принял участие в стартовавшем сегодня в Москве книжном фестивале, прочитав свои стихи его посетителям...
Послушать Евтушенко собрались сотни людей. Поэт читал хорошо знакомые стихи, отрывки из рассказов о своем детстве. В исполнении автора прозвучала "Казнь Стеньки Разина"...
Завершил он свое выступление премьерой - прочитал новое стихотворение с говорящим названием "Петровское окно", отражающее сегодняшнюю международную ситуацию и отношение к России других государств. "Россия, выживи великой", - взывал со сцены Евтушенко, и публика откликалась на эти слова аплодисментами. "Мы не позволим все равно забить петровское окно", - заключил поэт под оглушительную овацию.


ОТСЮДА

Ну это точно как с "докладом ООН", в котором ТАСС увидел только удобное для себя, а остальное - не заметил.

                          Евгений Евтушенко
                               ПЕТРОВСКОЕ ОКНО 


Пра-прадед мой был не правитель,
a ссыльный был. Но сквозь метель
в проливе Беринга провидел
пробитый правнуком тоннель.

Он, пан Байковский, был таковский,
каких немного было встарь,
поляк, а вот душой — московский.
И государственник-бунтарь.

От станции Зима за фартом
к Чукотке мчал, доверясь нартам,
потом и без собак с азартом,
рискуя сверзиться в провал,
к Аляске, чуть пригретой мартом,
как по по игральным скользким картам,
по айсбергам дотанцевал.

И в соболиную кухлянку
одетую не задарма,
он эскимоску-христианку
привез на станцию Зима.

Он шляхтич, чуть не королевич,
был знатоком любых искусств,
и Пушкин пели, и Мицкевич
из эскимосских ее уст.

С дворянской дерзостью тогдашней,
какая шла ему к лицу,
послал набросок карандашный
тоннеля Зимнему дворцу.

Какою канцелярской крысой,
чертеж великий не ценя,
был верноподданно изгрызан,
спасая от забот царя?

Геополитика другая
у нас могла бы стать тогда,
но, чертежи надежд сжигая,
жила придворная орда.

Мы о царе Петре забыли,
поправ остатки наших прав,
и мы в ГУЛАГ себя забили,
весь шар земной у нас украв.

Америка, ты проглядела
тоннель — волшебнейшее дело,
Не важно, что тоннель — окно,
лишь все бы стали заодно.

Боюсь в себе я обознаться,
что не двужильный я, не тот,
кто сам киркою рудознатца
тоннель в Америку пробьет.

Боюсь в России обознаться —
вдруг выжить ей не по плечу?
Я Родину в обозе наций
отставшей видеть не хочу.
Нам Пушкин — открыватель мира.
И хоть он был невыездной,
вместил и Данте, и Шекспира,
всечеловечеству родной.

И мы явились в этом мире,
чтоб гибель мира не проспать,
и мы стихами проломили
окно петровское опять.

Уитмен, я с тобой хотел бы
поговорить… Пришла пора,
и в моих легких воздух Эльбы
с дымком солдатского костра.

Мы не хотим назад в холопы.
Где не обманешь, не продашь.
Культура наша — дщерь Европы.
Хемингуэй — он ваш и наш.

Не прибегать же нам к подкопу,
когда хотят, так неумны,
окно петровское в Европу
забить не с нашей стороны.

А с нашей рык новобоярства:
«Окно на Запад? На хрена!
Нам нужен царь, кого боятся,
Но без петровского окна».

Закрыть Россию, ее Слово?
Да это же такая стыдь,
как изолировать Толстого
и Достоевского закрыть?

А я в моменты истерии
участник лишь одной войны —
не позволять закрыть Россию
ни с той, ни с этой стороны.

И нужен пушкинский нам воздух,
всех стран дыханием согрет,
а не от крови ржавый гвоздик,
на коем сталинский портрет.

Но террористы так довольны,
ухмылки масками прикрыв,
что отвлекают мини-войны
от единенья против них.

Россия, выживи великой,
не поскользнись, не упади,
и человечество с улыбкой
прижми к воспрянувшей груди!

Гвоздями при любом режиме
не нашими и не чужими
мы не позволим все равно
забить петровское окно!
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 116 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →