Андрей Мальгин (avmalgin) wrote,
Андрей Мальгин
avmalgin

Category:

G7 и российский вопрос



Очередной саммит «Большой семерки» – клуба демократических стран с развитой экономикой, в который входят США, Канада, Великобритания, Германия, Япония, Франция и Италия, а также представители Евросоюза – состоится 8-9 июня на курорте Ла Мальбе в регионе Шарлевуа канадской провинции Квебек.

Для премьер-министра Канады Джастина Трюдо это первая «Большая семерка», которую он принимает у себя на родине...

Представители Европейского Союза, отправляясь на саммит в Канаду, официально заявили, что вопросы, связанные с Россией, будут рассмотрены в разделе «безопасность и угрозы»: там будет поднята как тема отравления Сергея и Юлии Скрипалей в британском Солсбери, так и выводы Нидерландов о причастности Москвы к трагедии со сбитым над Украиной в 2014 году малазийским «Боингом» MH17, киберугроза, исходящая от России и продолжающиеся ее действия по дестабилизации на востоке Украины.

Об особенностях саммита «Большой семерки»-2018 в интервью Русской службе «Голоса Америки» рассказал руководитель Группы по изучению саммитов G7 и G20 Университета Торонто, профессор Джон Киртон.

Данила Гальперович: Какие сложности и вызовы есть у стран «Большой семерки» на саммите в Шарлевуа?

Джон Киртон: Первая сложность, которая сейчас, видимо, у всех на слуху – это позиция Дональда Трампа по тарифам на импорт стали и алюминия из Канады и Евросоюза – повышение этих тарифов раньше коснулось Японии, а теперь и остальные страны, мною упомянутые, тоже были этим затронуты. Другими вызовами для хода саммита могут быть внешние события, сюрпризы, которые могут последовать со стороны Северной Кореи в сфере ее ядерной и ракетной программ – такой шанс всегда есть, как и шанс того, что что-то может преподнести Иран...

Д.Г.: Учитывая все, что вы сейчас перечислили – насколько «семерка» устойчива, не грозит ли ее членам рост разобщенности друг с другом?

Д.К.: «Семерка» остается довольно устойчивой с 2014 года, когда она снова стала «Группой семи» из-за исключения из нее России в результате аннексии ею украинского Крыма и действий на территории Украины, и в том же году был отменен саммит «Большой восьмерки» в России. Россия ушла, но «семерка» осталась – и стала гораздо более единой в своей приверженности демократическим принципам. И это даже не было как-то поколеблено в ходе первого саммита с участием Дональда Трампа в прошлом году, где было очень легко найдено согласие, например, по вопросу борьбы с терроризмом, насчет чего была принята далеко идущая и глубокая программа... И сейчас у нас меньше лидеров в G7, которые были бы готовы доверять Владимиру Путину: Дональд Трамп, можно сказать, развернулся на 180 градусов. Год назад он считал невозможным сказать что-то неприятное про Путина, а теперь лидирует в политике санкций в отношении Москвы за ее действия, и он реально наказал сирийского диктатора Башара Асада за использование химического оружия против своего народа. Так что на «российском фронте» у «Группы семи» стало еще больше единства, и совсем новым по сравнению с прошлым годом стала инициатива обсудить внешнее вмешательство в демократические выборы. Так что можно сказать, что G7 стала более единой и приверженной своим основным ценностям, защите демократии в мире, и на этом фоне трения по поводу стали и алюминия не кажутся такими уж значительными.

Д.Г.: Вы употребили выражение «российский фронт». Каков, по-вашему, сейчас общий подход G7 к России, остается ли она для кого-то из членов этого клуба потенциальным партнером?

Д.К.: Я думаю, что удар по Асаду, союзнику Путина, со стороны одного из ключевых членов «семерки», и положительное отношение к этому удару со стороны других членов этого клуба показывают нынешнее отношение и к России тоже. Это отношение стало еще более ясным после произошедшего в Солсбери отравления, и, например, санкции в отношении олигарха Олега Дерипаски действительно болезненны настолько, что стало ясно – все разговоры о том, что Россия легко справляется с западными санкциями, неверны. Один лишь голос, который в этом клубе звучит по-другому и говорит о контактах с Россией – это голос одной из партий, составивших правящую коалицию в Италии, «Лиги». Но я думаю, к этому голосу вряд ли прислушаются, даже если новый итальянский премьер будет высказывать эту идею за общим столом в Шарлевуа.


ОТСЮДА
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 14 comments